8 (495) 363-44-29
8 (495) 363-44-29
Иллюстрация новости «Куда улетают бизнес-ангелы?» Если смотреть на статистику, то 2021 год был прорывным для российского венчурного рынка. По данным CB Insights, объем инвестиций в 2021 году в России составил $2,4 млрд, увеличившись более чем в три раза по сравнению с 2020 годом. При этом чуть больше $2 млрд из всего объема инвестиций за 2022 год было инвестировано в Москве. Помимо роста объемов инвестиций, произошло небольшое увеличение количества сделок. Данные подтверждаются также аналитиками Dsight, в том числе они насчитали 11 сделок за 2022 год объемом более $100 млн, которые обеспечили $1,2 млрд, что составляет 50% объема всего рынка.

PNG_obyom.pngОднако позитивную ситуацию в 2021 году сменили существенные сокращения в следующем. Из-за санкций, введенных после февраля 2022 года, венчурный рынок в России снизился на 54%, а в Москве его спад достиг 68%. Это сильнее, чем по миру в целом, где сокращение составило 35%. Рынок действительно существенно просел, приблизившись к уровню 2020 года в Москве по объему инвестиций в бизнес ($658 млн в 2022 году и $537 млн в 2020 году, по данным Venture Guide), а по всей России ситуация выглядела так: $1211 млн в 2022 году и $2631 в 2020 году (по данным Venture Guide). При этом количество сделок достигло минимума с 2017 года.

На этом фоне интересно понимать, какие изменения произошли в сегменте бизнес-ангелов? По данным исследования Агентства Инноваций Москвы, в 2022 году бизнес-ангелы участвовали в 44% всех сделок с частными фондами в России. На них пришлось более половины от общего количества и объема инвестиций pre-seed и seed-раундов. Большинством частных инвесторов стали выходцы из корпоративной среды (топ-менеджмент или директора подразделений).

PNG_kolichestvo.pngПри этом последние три года инвесторы с российскими корнями вкладываются в российские компании в основном на ранних стадиях развития, а более крупные суммы инвестируют в зарубежные стартапы. Более 60% всех денег инвесторов с российскими корнями уходит в международные проекты.

Также в выводах Агентства отмечается, что инвесторы, которые продолжают вкладывать деньги в российские проекты, часто просто не имеют возможность размещать капитал за рубежом.

Более подробно ситуацию комментируют эксперты.

Профили

Мартын.jpg

Илья Мартын

Управляющий партнер United Investors. Основатель Odyssey.cx – платформы для запуска стартапов со стадии идеи. Сооснователь школы по генеративному ИИ AiAcademy. Участвовал в 30+ венчурных сделках с 2019 года со стороны венчурного синдиката, запустил три акселератора проектов ранних стадий на 1000+ участников.


Андросов.jpgАртем Андросов

СЕО Инвестиционного клуба Dome Foundation. Advisor краудлендинговой платформы «Инвестмен». Член рабочей группы Госдумы по молодежной политике. Независимый директор по GR.


Зубаилов.jpg

Руслан Зубаилов


Совладелец группы компаний International Investment Construction Group CS. Входит в президиум клуба бизнес-ангелов International Club BP. Управляет фондом, в который стекаются средства успешных бизнесменов, желающих приумножить доходы. Руководил и помог реализовать более 70 проектов.


Морозова.jpgАнна Морозова

Бизнес-ангел, сооснователь российского клуба венчурных инвесторов «Синдикат». Визионер, ментор, advisor, board member. Ex-инвестиционный директор венчурного клуба AngelsDeck. Ex-глава инноваций VEON (тм «Билайн»). Ex-глава Dogital PMO VEON («Билайн»). Более 18 лет опыта в технологиях, инновациях, стратегии, инвестициях, масштабировании бизнеса, трансформации и запуске продуктовых решений.


Представитель KAMA FLOW, пожелавший остаться анонимным

Кама Флоу.pngKama Flow — частная инвестиционная группа. Работает с технологическими компаниями зрелых стадий в быстрорастущих секторах экономики. Инвестирует в DeepTech-проекты c 2013 года (более 40 сделок, 27 портфельных компаний) в сегментах корпоративного программного обеспечения, цифровой медицины, технологий для промышленности. Работает с глубокими технологиями и отраслями промышленности благодаря кросс-индустриальной специализации и фокусу на В2В. Управляет тремя венчурными фондами общим объемом свыше $70 млн.

Kama Flow — самый активный венчурный инвестор в России по итогам 2022 года (по данным исследования Dsight), проинвестировала более ₽1 млрд в проекты цифровой медицины, enterprise software, fintech, E-commerce.

Перелетные ангелы

— Говорят, что многие бизнес-ангелы уехали из России в 2021 году. Куда они уехали и почему?

Илья Мартын: Те, кто не проживал в России на постоянной основе, уехали раньше 2021 года. За 2021 год не могу вспомнить ни одного случая переезда. Примерно 60-70% инвесторов нашего клуба постоянно жили в России, еще 10-15% — в странах СНГ, а остальные — в США и ЕС.

Артем Андросов: Очень многие уезжали в Дубай. Это и налоговая зона, и транспортный хаб, и, в принципе, там лояльное отношение к русским. Второе место — США. Третье — Европа, Индонезия, Бали.

Руслан Зубаилов: Уезжали накануне 2021 года. В среднем около 10 тысяч бизнесменов уехало за границу по банальной причине — просто меняют локацию. Но если посчитать только по нашему клубу, то за рубеж уехало не больше 2% инвесторов. Это не так много. Помимо бизнесменов также уезжают специалисты. Что касается направлений, то в основном это Швейцария, Турция, Сингапур, Казахстан, Азербайджан, Армения, Танзания, Саудовская Аравия, Дубай и даже Беларусь.

Анна Морозова: Уехали потому, что они не могут инвестировать в международные стартапы, находясь в России. Это возможно, только если сделать себе ВНЖ в другой стране, но это достаточно сложно.

Интересно то, что за границу уехало порядка 70% профессиональных бизнес-ангелов, которые активно инвестировали в России. Почти все уехали в Дубай, часть из них в Азию (Малайзия, Бали, Сингапур), также в Узбекистан, единицы уехали в США, Латинскую Америку и Европу. Те, кто уезжал в Армению — вернулись обратно или поехали дальше. Чаще всего уехавшие инвесторы смотрят именно на международный рынок и там же инвестируют. Тех, кто инвестирует в Российские стартапы, среди них не очень много.

Однако на смену всем уехавшим к нам приходит очень много новых людей, которые прежде еще не инвестировали. Такого не было никогда. Раньше был определенный хайп именно венчурных инвестиций в стартапы, а люди, которые вкладывались, просто наращивали объемы инвестиций. Теперь происходит наоборот: не столько наращиваются объемы инвестиций, сколько число участников, которые пока не дают такие объемы. Но люди, которые живут в России и у которых есть деньги на инвестирование, нуждаются в инвестировании этих денег. Сейчас деньги заперты, так как инвесторы разочаровались в тех инструментах, которыми они пользовались раньше — бонды, недвижимость. То, что считалось консервативным, оказалось рискованным, а то, что считалось рискованным, оказалось вполне себе стабильным. Однако многие инвесторы стали понимать, что нужно вкладываться в бизнес, а если бизнес — то это портфель, а если портфель — то, значит, надо смотреть туда, где формируют портфели. Думаю, именно поэтому многие пошли в предпринимательство — венчурный бизнес.

— Что мотивировало тех, кто остался и продолжает инвестировать в российские проекты?

Илья Мартын: Если говорить о мотивации инвестировать в российские венчурные проекты на ранних стадиях, то сейчас ее нет, практически все бизнес-ангелы на паузе и просто ждут. До февраля 2022 года мы инвестировали в российские проекты по разным причинам: 
  • внутреннее стремление поддержать молодых предпринимателей, поделиться знаниями, опытом, быть причастным к возрождению;
  • отсутствие знания английского языка и, как следствие, отсутствие возможности договориться с зарубежными основателями об инвестициях;
  • «серое» происхождение денег, которое невозможно подтвердить за границей и, как следствие, отсутствие возможности инвестировать в зарубежные проекты;
  • причастность к административным политическим кругам (опять же, большой шанс на заморозку активов не в РФ + желание воспользоваться преимуществами статуса для портфельного проекта);
  • неплохая математическая школа, близкий и понятный менталитет основателя для инвестора;
  • понимание местного рынка, конкурентной среды на нем.

Артем Андросов: Оставшихся мотивировала достаточно высокая доля патриотизма, семьи, ведение бизнеса, у каждого ангела свои факторы.

Руслан Зубаилов: В текущее время мы инвестируем в российские проекты, потому что понимаем, что в России намного легче зарабатывать деньги. Наш клуб международный, и, когда мы встречаемся и обсуждаем то, что происходит в других странах, мы убеждаемся, что наше государство часто идет навстречу и создает великолепные условия. Вопрос только в том, что не все принимается и реализуется на уровне субъектов федерации.

Анна Морозова: Я думаю, основное, что могло мотивировать — постоянный источник дохода в России, например у корпоративных топ-менеджеров, чиновников. Без источника дохода куда они поедут? Другая мотивация — работа, дети, семья. Но я сама, например, просто отношусь к числу убежденных. Я совершенно сознательно осталась в России. Я считаю, что, когда обстоятельства вынуждают уехать, нельзя подчиняться, потому что надо играть в свою игру. Здесь, в России, у меня и моей семьи будет гораздо больше возможностей для профессионального развития. За границей русский человек находятся в роли беженца, экспата, мигранта. Эта роль — чужак. И когда эта роль изменится, если вообще изменится — это большой вопрос. При определенных обстоятельствах я бы, конечно, открыла собственный бизнес за рубежом, но не в таких условиях, когда тебя считают чужаком.

Проекты и вложения

По информации от экспертов, в последние два года больше всего инвестиций получают IT-проекты с B2B-продуктом и хорошей динамикой продаж.

Самые крупные сделки в 2022 году были у Acronis с BlackRock, где было инвестировано $250 млн на разработку программного обеспечения для управления системами хранения данных и их защиты. У Ixcellerate была сделка с РФПИ, Mubadala, Сберинвестом с общей суммой инвестиций в $190 млн по созданию оператора сети коммерческих ЦОД. Heartex заключил сделку с Redpoint Ventures, Unusual Ventures, Bow Capital, Swift Ventures на $25 млн по созданию платформы разметки больших объемов данных с использованием машинного обучения. Retail Rocket получили $24 млн от Flintera на разработку решений для автоматизации маркетинговых активностей. 

В десятку проектов с наиболее объемными инвестициями в 2022 году попали именно IT-проекты. Кроме того, эти 10 крупнейших сделок составили 84% от общего объема венчурного рынка в Москве в 2022 году. Шесть из десяти крупнейших сделок закрыты в первые два месяца 2022 года.

А какие суммы «подняли» проекты в 2023 году? На какие критерии обращают внимание инвесторы сегодня и во что они не инвестируют? Об этом и о многом другом рассказывают эксперты.

— Расскажите о проектах и суммах инвестиций в 2023 году.

Илья Мартын: Типичный раунд для нас — ₽5-20 млн. Если случаются раунды более поздние и большие, то основная часть денег в них из других фондов.

Артем Андросов: Минимальная инвестиция в 2023 году в категории «Финтех» находится на стадии подписания — это ₽10 млн. Одна инвестиция была в спорт — $1,5 млн, и еще одна инвестиция транспортная. Она прошла недавно, ее можно считать решениями для бизнеса — там порядка ₽100 млн.

Руслан Зубаилов: В 2023 году минимальная — €0,5 млн, а максимальную пока не могу назвать, так как год не закончился. К примеру, в сфере медицины у нас средние инвестиции в проект от €7 млн, а в туризм  от — €0,5 млн.

Представитель KAMA FLOW: Сумма зависит от фонда, из которого мы финансируем. Наш средний чек варьируется от ₽20-40 млн в проекты от pre-seed и до позднего seed, ₽100-300 млн — поздний seed и раунд А, от ₽500 млн — в зрелые компании.

Анна Морозова: Минимальный чек на одного человека — ₽1 млн, между собой мы собираем до ₽20 млн. Отсюда минимум на сделку — примерно ₽7,5 млн, но это не очень рентабельно для клуба, а максимум — не больше ₽20 млн. Раунды у нас всегда совместные. Был один пример раунда с нашим участием в здоровье — «подняли» около ₽300 млн. Также был пример компании из B2B, выходившей на IPO, поднимали ₽200 млн.

Оптимальный запрашиваемый объем инвестиций на ранних стадиях развития проекта в 2023 году составляет ₽15-20 млн.

— Сколько в среднем проектов вы рассматриваете в день/месяц/год?

Илья Мартын: До февраля 2022 года — порядка 2000 в год. После февраля 2022 года — порядка 500 в год.

Артем Андросов: В месяц в среднем мы рассматриваем 40 проектов, но мы и географию смотрим абсолютно разную. Если говорить про Россию, то здесь примерно 60-70% проектов в воронке — это российские проекты.

Руслан Зубаилов: Каждый день к нам поступает 10-15 проектов из России. Ежемесячно бывает до 500 проектов. Мы рассматриваем все проекты и бывает, что ни один из них не одобряем, потому что они упакованы «фантиками».

Представитель KAMA FLOW: В год мы рассматриваем более 1000 проектов, соответственно в месяц — около 100 проектов.

Анна Морозова: У нас есть воронка на верхнем и нижнем уровнях. Верхний уровень — это десятки проектов в неделю. Они приходят к нам в воронку, мне лично или на почту, но не все из них мы рассматриваем подробно. В среднем мы получаем около 30 проектов в неделю. Если говорить о том, сколько проектов мы считаем инвестиционно привлекательными после того, как они прошли критерии отбора, их посмотрели аналитики и наш комитет, и мы решили, что будем дальше с ними работать и заворачивать к сделке, то в среднем число таких проектов — один в неделю, иногда больше, если пришел поток с мероприятия. В работе у нас постоянно 4-5 проектов, которые в итоге выливаются в одну-две сделки в неделю.

— На какие критерии вы обращаете внимание в первую очередь при выборе проекта?

Илья Мартын: У нас таких несколько:
  • Большой рынок;
  • Наличие преимущества перед конкурентами «на порядок» по одной из важных для клиента характеристик товара/услуги;
  • Хорошая динамика команды (разработка прототипа ⇒ выход на рынок ⇒ рост выручки);
  • Опытная команда.
Артем Андросов: Обращаем внимание на трекшен в России, юнит-экономику, оценку и потенциал выхода из сделки в течение 2, 3 и 4 лет.

Руслан Зубаилов: Должна быть команда с амбициозным лидером-вожаком и высококвалифицированными специалистами. Также важна рабочая модель монетизации — как проект будет зарабатывать деньги. Проект должен правильно работать, чтобы приносить прибыль.

Представитель KAMA FLOW: При отборе проектов мы обращаем внимание на три ключевых фактора:
  • Команда. Важно, чтобы на момент нашего входа были закрыты ключевые технические и коммерческие компетенции в команде; 
  • Продукт/Технология. Мы делаем акцент на технологических преимуществах проекта, в том числе в сравнении с международными компаниями. Считаем наличие сильной научной базы важным заделом для глобальной конкурентоспособности российских проектов;
  • Рынок. Мы ищем проекты, которые работают на рынках с большим коммерческим потенциалом и интенсивной динамикой роста. Чтобы построить большую корпорацию, нужно работать на большом рынке.
Анна Морозова: Так как мы клуб, а не фонд, у нас нет мешочка денег, который мы берем и по каким-то критериям даем или не даем. Мы предлагаем поделиться с нами локацией тем, кто инвестирует на рынке. Например, если инвестируется  ₽60 млн, я прошу дать нам ₽15 млн. Меня могут спросить: «А зачем мне давать?». Тогда я говорю, что у нас клуб приличных людей, которые обладают опытом и экспертизой, а не только деньгами. Частные инвесторы склонны влюбляться в свои стартапы, они эмоциональны. Если вкладывают, значит, будут помогать, и это всегда хорошо.

Кроме того, фондам не столько интересно, чтобы мы деньги дали, им интересно, чтобы мы экспертизу давали и помогли стартапу развиться, потому что у фонда нет ни возможности, ни задачи помогать своему аплайну развиваться и выходить дальше. Фонды смотрят по типу «умрет — не умрет». Это определенная верификация рынком, что хорошо для учредителей фондов.

— Во что сейчас не любят инвестировать бизнес-ангелы и почему?

Артем Андросов: Бизнес-ангелы не любят инвестировать в проекты рынков, которые являются B2G, потому что это непрогнозируемый рынок в текущих реалиях.

Руслан Зубаилов: В проекты, которые не соответствуют потребностям конечных потребителей или являются труднореализуемыми. 

Но иногда мы берем даже очень сложные отраслевые проекты. К примеру, был проект в агропромышленности, здесь мы должны были обязательно сопровождать проект, поставлять технику, искать редких специалистов, решать проблемы с обучением студентов из-за нехватки специалистов. Мы специально привозили студентов из регионов, обучали их, чтобы они работали у себя в регионе.

Сегодня нам особенно интересны проекты в сфере онлайн образования и VR в IT, так как у них наиболее понятные сроки возвратности.

Анна Морозова: Бизнес-ангелы не инвестируют в то, что им кажется не инвест-привлекательным. Иногда бывает такое, что эксперты говорят — это классный проект, а частники не инвестируют, потому что не понимают. Частные инвесторы инвестируют в то, что «блестит» по их мнению. Им нравятся простые в понимании и легкие на подъем проекты, например что-то технологическое. Должны быть продажи, должна быть выручка — как мы ее называем, «клюшка» — экспоненциально растущая вверх. Продукт должен быть понятен и доступен простому человеку. Вот это все понравится. Инвесторы по этим причинам даже могут проинвестировать в какой-нибудь хайп, не разобравшись в сути проекта. Не будут инвестировать без трекшена и в то, что тяжело упаковано. Например, если к нам придет проект из DeepTech с каким-нибудь двигателем или суперпокрытием для тракторов, инвесторы посмотрят, но проинвестируют в IT.

— У вас были инвестиции в хорошие идеи в 2023 году? Как вы думаете, при каких условиях они возможны сейчас?

Илья Мартын: Инвестиции в «идеи» или близко к этому — это профильная для нашего клуба стадия, но таких инвестиций с февраля 2022 года не существует больше. Текущий горизонт планирования у людей — 2-3 месяца. В таких условиях на рынке осуществляются только спекулятивные сделки с попыткой выкупить что-то у тех, кто уезжает, и очень быстро перепродать.

Артем Андросов: На идее может быть очень сложно поднять деньги сейчас. На мой взгляд, бизнес-ангелы практически не инвестируют на стадии идеи, и мы практически не смотрим такие проекты, потому что очень сложно сейчас на этом рынке сложить юнит-экономику, очень непонятен выход инвесторов дальше.

Руслан Зубаилов: Мы можем дать возможность проекту на этапе идеи, но в таком случае обычно мы объединяем идею с уже действующим проектом. Необходимое условие для таких инвестиций — возврат денег. Мы не входим в бизнес, мы не участвуем в долях и акциях. Нам интересно, чтобы деньги были вовремя возвращены. Мы берем обременение.

Анна Морозова: Мы не инвестируем в такое. У нас частные бизнес-ангелы не имеют никаких мандатов по инвестициям без трекшена, как у фондов. Грубо говоря, у нас инвестор каждый раз советуется с женой, и ему довольно трудно принять решение хотя бы без данных по динамике продаж. Частники, которые инвестируют на потоке, могут инвестировать в идеи, если только они попадают в категорию FFF (family, friends, fools – семья, друзья и дураки).

Проблемы и пути решения

На фоне представителей фондов и корпоративных инвесторов бизнес-ангелы оказались менее устойчивыми и хуже подготовленными к кризису, по данным Агентства Инноваций Москвы. Около 44% опрошенных фондов и корпораций отметили, что кризис никак не повлиял на инвестиционную активность (среди непрофессиональных инвесторов таких всего 22%). Ни один из инвесторов также не отметил проблему с проведением трансграничных платежей или одновременную работу в России и зарубежных юрисдикциях. С какими проблемами сталкиваются бизнес-ангелы и как можно улучшить ситуацию, отвечают эксперты.

— С какими проблемами сталкиваются бизнес-ангелы в 2023 году в России и в мире? Что нужно улучшить? Какие меры вы можете предложить?

Илья Мартын: В мире, в широком смысле, прямо сейчас заканчивается большой кризис, который начался в 2022 году: 
  • остановились большие сокращения, которые были характерны для всех инновационных компаний в последние 18 месяцев. Начался активный найм, то есть компании уже стабильно смотрят в будущее;
  • рынок публичных компаний (фондовая биржа) восстановился, стоимость большинства активов вернулась к докризисным оценкам и уже показывает рост;
  • прямо сейчас происходит мини-революция с генеративным искусственным интеллектом, появился совершенно новый сегмент рынка, который по своему влиянию на экономику должен превзойти смартфоны (появятся компании по размеру сопоставимые с Facebook, Instagram, AirBnb, Uber, и т.д);
Как следствие началось «золотое время» для инвестиций в частный бизнес, которое неизбежно наступает после окончания кризиса. Проблем нет, есть возможности. 

Ситуация с бизнес-ангелами из России: 
  • в самой России рынок инвестиций на ранних стадиях просто исчез;
  • из мирового рынка большинство бизнес-ангелов оказались «выключенными». Чтобы инвестировать, нужно ВНЖ, при этом не просто формально — проживать нужно тоже не в РФ;
  • даже те, кто выехал и оформил ВНЖ сталкиваются с нежеланием брать инвестиции у выходцев из РФ.
Артем Андросов: Все, что связано с трансграничными платежами, инвестированием в другие зоны вызывает вопросы, основная проблема — это оценка компаний. Есть проблемы юридические с точки зрения структурирования компаний в России и за рубежом. У нас есть предложение, которое мы уже не раз озвучивали: в России надо делать формат SPV (формат так называемых инвестиционных ячеек), которые решат проблему коллективных инвестиций для группы инвесторов через синдикаты. Иногда сейчас легче собрать SPV в США, чтобы инвестировать в Россию, как ни странно.

Руслан Зубаилов: По поводу проблем — все по-старому. Нам поступает много проектов, которые не учитывают ничего, не понимают рынок, не знают, как правильно выстроить стратегию реализации. Для них реализация — это просто продать. Самая большая проблема — отсутствие знаний и специалистов. Дайте нашим специалистам ваш проект, они его изучат и выведут ваш проект на плюс.

Нужно научиться объединяться, созидать, создавать структуру и хорошие команды, а также не бояться участия государства в бизнесе.

Представитель KAMA FLOW: В настоящий момент венчурный рынок переживает не лучшие времена: количество инвесторов сократилось (многие уехали за рубеж), соответственно сократился объем и количество сделок. В ближайшее время мы не можем ожидать серьезного улучшения ситуации. Но в долгосрочной перспективе данная ситуация будет способствовать трансформации рынка. Оставшиеся инвесторы, имея значительный запас ликвидности, находятся в поиске новых перспективных моделей инвестиций с более устойчивой доходностью. Поэтому закономерным итогом будет повышение инвестиционного интереса к таким финансовым инструментам, как M&A (особенно на фоне падения оценок стартапов), IPO. Кроме того, рынок нуждается в привлечении новых игроков — создании новых венчурных фондов (частных, корпоративных, государственных).

Анна Морозова: По большому счету основная проблема в том, что людям сейчас страшно инвестировать, нет стабильности. Нужно завершить конфликт, начатый в 2022 году.

Выводы

В постпандемийном 2021 году отмечается существенный рост российского рынка венчурных инвестиций, а в 2022 году — сокращение объемов инвестиций практически до уровня 2020 года и количества сделок до уровня 2017 года, что связано с санкциями, введенными после февраля прошлого года.

География инвестиций российских инвесторов в соотношении Россия/мир за последние три года существенно не менялась, за рубежом российские инвесторы инвестируют в основном в крупные проекты, а в России — преимущественно в стартапы.

Частные инвесторы действительно уезжали за рубеж, но они делали это по большей части до 2021 или в/после 2022 года. Число уехавших несущественно, по информации от экспертов. Однако среди оставшихся инвесторов отмечается низкая инвестиционная активность, чаще всего из-за страха потерять вложения, что является более острой проблемой.

Инвесторов, оставшихся в России, мотивировал их «уже настроенный бизнес», многим оказалось проще зарабатывать деньги именно в России. Часто сильными мотиваторами также выступали семья и чувство патриотизма.

В 2023 году у инвесторов по-прежнему остаются популярны IT-проекты в В2В, особенно в области финтеха и VR. Также популярны такие направления как спорт, здоровье и образование.

Минимальные суммы инвестиций в 2023 году начинаются от ₽5 млн, что, однако, не всегда рассматривается инвесторами как выгодная сделка. Оптимальный запрашиваемый объем инвестиций начинается от ₽15-20 на ранних стадиях развития проекта.

Критерии отбора остались такими, какими были всегда — это большой рынок, есть динамика продаж, которая показывает экспоненциальный рост, есть рабочая модель монетизации, есть потенциал выхода из сделки до 5 лет, есть сильная команда.

По поводу инвестиционной привлекательности проектов мнения экспертов немного разошлись. С одной стороны, по мнению Анны Морозовой, проекты без яркой обложки не имеют шансы на успех. С другой стороны, по мнению Руслана Зубаилова, стало слишком много проектов, упакованных в «фантики». Кроме того, по словам Артема Андросова, инвесторы не любят инвестировать в государственные проекты, хотя Анна Морозова и Руслан Зубаилов вместе отмечают, что государственное участие и поддержка на венчурном рынке велика и приветствуется инвесторами.

Инвестиции в идеи становятся «редким видом». По сравнению с хайповым допандемийным периодом в 2023 году осталось всего несколько клубов, готовых рассматривать инвестиции в идеи. Риски — это то, чего инвесторы избегают сегодня. Однако в некоторых клубах все же дают возможность стать со своим проектом частью другого большого проекта, например, в International Club BP.

Количество проблем, препятствующих развитию частных инвестиций и венчурного рынка в России в целом очень велико, и основной является сокращение объема и количества сделок. Однако, по словам Ильи Мартына, период большого кризиса, начавшегося в 2022 году, уже заканчивается, а значит, стоит надеяться на то, что в ближайшее время венчурный рынок станет намного интереснее как для инвесторов, так и для стартаперов.

Автор: Ульяна Виноградова

Комментарии пользователей

  • Комментариев нет