В последние дни нас прямо-таки затопила волна новостей об организации более удобной, прозрачной и выгодной торговли с ЕАЭС – то о старте национальной системы СПОТ, то об улучшении ее условий (разнообразных отсрочках, чтобы бизнес мягче вкатывался, и т.д. и т.п.). В общем, налицо какой-то прямо нехарактерный уровень заботы о бизнесе.
Но тут на ПМЭФ министр промышленности и торговли РФ Антон Алиханов выдал еще более серьезный заход на цель: он дал интервью, из которого можно понять, что «российская полка», которую нам долго «продавали» как способ сделать видимыми небольших отечественных производителей, кажется, рискует превратиться в «полку ЕАЭС».
По его словам, Минпромторг прорабатывает законопроект, при котором в магазинах и на маркетплейсах наравне с российскими товарами появится отдельная витрина для продукции стран союза. Если речь идет об одной и той же полке (а это скорее всего так, подробнее разберем дальше), то «российская полка» лишится ощутимого преимущества - и отечественным брендам всё-таки придется конкурировать с иностранными и не теряться на их фоне. Только не с глобальными брендами, а с «нашими иностранцами» — белорусскими, казахстанскими, киргизскими и другими товарами, которые будут подаваться как часть общего евразийского пространства.
В общем, сегодня попробуем разобраться, что тут к чему и чего ждать дальше.
Краткая историческая справка
Сама идея «российской полки» возникла как ответ на старую жалобу малого бизнеса: на полках и в выдаче маркетплейсов слишком много места занимают крупные (как правило, транснациональные) игроки, а новым брендам пробиться почти невозможно. В ответ на это Минпромторг ещё в 2025 году подготовил законопроект, по которому магазины должны выделять место под национальные непродовольственные товары, а онлайн-площадки — приоритизировать их в поиске и витринах. Идея была благородная: если у маленького отечественного производителя нет бюджета на дорогие промо-места, государство даст ему шанс быть замеченным.
Но чем дольше живет этот проект, тем меньше он становится похож на простую историю про «защиту национальных производителей». Сначала Минпромторг официально перенес запуск закона на год – с 1 марта 2026 на 1 марта 2027 года, объяснив это необходимостью «доработки и подготовки бизнеса» - у него оказалось много возражений. Ну а в свежем интервью Антон Алиханов прямо сказал, что задача ведомства — создать полку товаров Евразийского союза
«Наша задача - создать "полку товаров Евразийского союза", чтобы закон никоим образом не противоречил нашим интеграционным обязательствам, но при этом защищал интересы национальных производств». – Антон Алиханов
Иначе говоря, «российская полка» теперь мыслится не как чисто национальный проект, а как элемент евразийской сборки.
Погодите-ка, а это одна полка или две?
При прочтении и интервью Алиханова, и разнообразных его трактовок от медиа возникает резонный вопрос – а может, речь идет не о дополнении российских товаров евразийскими, а о двух разных проектах? Может, будет и российская, и евразийская полка – каждая по отдельности? Нигде четко и внятно не говорится, что это один проект. Более того, сам Антон Андреевич тоже вносит некоторую сумятицу: сначала в интервью уверенно говорит о «полке ЕАЭС», а потом не менее уверенно продолжает о «российской».
Тем не менее, мы думаем, что речь всё же идет об одном проекте.
Во-первых, всё, о чем говорит Алиханов, разрабатывается в рамках одного законопроекта (и отсюда, вероятно, привычно называется «российской полкой») и должно вступить в силу 1 марта 2027 года.
А во-вторых и в главных, если внимательно почитать определение «российской полки» из законопроекта Минпромторга, то становится понятно, что там УЖЕ заложена история про ЕАЭС: товары для нее «должны быть произведены в России или в государствах-членах Евразийского экономического союза в случае предоставления ими недискриминационного доступа для российской продукции».
Таким образом, наиболее логично выглядит схема, когда «российской полкой» назовут витрину, в которой наравне с местнымимогут соседствовать белорусские и киргизские продукты - и даже ничего в законе менять не нужно, по большому счету.
А с чего вдруг такое внимание к ЕАЭС?
История со СПОТ и послаблениями в логистике понятна. ЕАЭС сейчас является первым и главным способом для России хоть как-то обходить санкции – санкционные товары без проблем доставляются в тот же Кыргызстан. И это вопрос национальных приоритетов – обеспечить удобную логистику такого товара в Россию.
Но сейчас тут появляется и еще один слой, больше политический, чем экономический. ЕАЭС — не просто торговая конструкция, а ещё и способ доказать партнёрам, что союз даёт ощутимые преимущества. Особенно это заметно на фоне Армении, которая то демонстрирует движение к ЕС, то одновременно говорит, что выход из ЕАЭС не планируется. На этом фоне Россия и союз, судя по всему, стараются не просто удержать партнёров риторикой, но и показать им вполне материальные выгоды: единый рынок, более простую торговлю, совместные проекты и… приоритетный доступ к российской витрине.
То есть «полка ЕАЭС» может оказаться не просто компромиссом, а ещё и геоэкономическим жестом. Внутри страны она должна поддержать российские бренды, а вовне — показать, что союз работает, что товары из него здесь не чужие, а свои.
А что не так?
В целом-то, эта евразийская полка - неплохая идея. Вот только вовсе не та, которую разрабатывали изначально.
Российскую полку задумывали как средство вывести на свет небольших отечественных производителей, которым не по карману маркетинговая война с транснациональными корпорациями. Но если к ней добавляется ЕАЭС, то «свои» в этом пространстве уже не совсем свои: рядом с российским брендом стоит белорусский или казахстанский, и, возможно, вполне крупный производитель, чувствующий себя на российском рынке лучше, чем многие местные компании.
Получается, что гарантированная «поддержка своих» превращается в ещё одну площадку, где маленькому игроку снова надо объяснять, почему покупатель должен выбрать именно его, а не соседа по полке, который выглядит почти так же, но по бюджету живёт в другой лиге.
А может…
Впрочем, всё может оказаться даже еще проще. Сам Алиханов отдельно подчеркивает в интервью: полка не должна быть пустой. Это вроде бы очевидная фраза, но в ней есть подсказка к пониманию всей конструкции.
Возможно, проблема не только в том, что власть решила проявить особую евразийскую щедрость, а в том, что в большинстве категорий у нас просто не хватает российских товаров, чтобы без натяжек заполнить задуманную витрину. И тогда перевод полки в евразийский формат — это не столько идеологический жест, сколько практический способ не оставить её пустой, не теряя при этом лица.
Такой сценарий выглядит весьма… правдоподобно. Если в ассортименте нет достаточного количества сильных российских брендов, полку логично достраивать товарами из ЕАЭС — кем же еще. В этом смысле и отсрочка запуска до 2027 года тоже читается иначе: не только как время для адаптации ритейла, но и как признание того, что российская полка в чистом виде пока «не складывается».
И тогда получается, что главный вопрос уже не в том, будет ли полка российской или евразийской. Возможно, вопрос звучит жестче: а есть ли у нас вообще достаточное количество товаров, чтобы эта полка существовала?
Если ответ окажется отрицательным, то и «полка ЕАЭС» - не предел. В том же Китае точно хватит товаров на всех, и можно организовать какую-нибудь «союзную полку», например.
Впрочем, надеемся, обойдется без такого.